мифоистория

Мифы Великой войны. "Депортация" крымских татар: условия и исторические последствия переселения



Мифы Великой войны. "Депортация" крымских татар: факты истории против фактов сознания http://skeptimist.livejournal.com/614219.html
Мифы Великой войны. "Депортация" крымских татар: Логика Войны и цена наказания http://skeptimist.livejournal.com/614777.html
_____

Советское руководство так поступило потому, что в условиях продолжения войны на своей территории И.В. Сталин не счёл нужным и возможным преследовать и уничтожать тысячи татарских «отщепенцев»; гоняться за ними по горам и лесам; отлавливать и разбираться с каждым, теряя своих людей, обрекая на новые страдания местных жителей, тратя ресурсы, время, усилия на утомительную, изматывающую страну борьбу, которая могла затянуться на многие годы. Решение было принято иное. Оно предусматривало не депортацию, что означало бы высылку за пределы СССР, а насильственное переселение татар в те районы, где их адаптация пройдет максимально быстро и щадяще, не провоцируя новую религиозную и национальную рознь, и не будет при этом угрожать безопасности страны.

По сути, этим переселением в Крыму было снято неизбежное столкновение между татарами и остальными крымчанами (в том числе, с возвращавшимися с фронта домой), чьи близкие были уничтожены ими в период оккупации. Насколько это было серьезно, мы можем судить по событиям 1943-1944 годов в юго-восточной Польше и Западной Украине (Полесье, Холмщина, Восточная Галичина), где в столкновениях между украинцами и поляками по некоторым данным погибло около 100 тысяч человек с обеих сторон, и были сожжены сотни сёл и деревень. Тогда, чтобы избежать дальнейшего кровопролития правительства Польши и Советского Союза произвели «обмен» населения, в ходе которого было переселено 810 тысяч поляков в Польшу и 483 тысячи украинцев в УССР, а также около 40 тысяч чехов и словаков в Чехословакию. Так что татар фактически спасали от физического истребления и давали возможность свою вину по возможности искупить.

Во исполнение этого 11 мая 1944 г. ГКО приняло постановление «О крымских татарах», в котором оглашалось решение об их переселении в Среднюю Азию. В нем, в частности говорилось: «В период Отечественной войны многие крымские татары изменили родине, дезертировали из частей Красной Армии, обороняющих Крым, и переходили на сторону противника, вступая в сформированные немцами добровольческие татарские воинские части, боровшиеся против Красной Армии; в период оккупации Крыма немецко-фашистскими войсками, участвуя в немецких карательных отрядах, крымские татары особенно отличились своими зверскими расправами по отношению к советским партизанам…». Насколько это соответствует действительности, каждый может судить теперь сам.

Кроме определения общей задачи ГКО расписал порядок и условия переселения в деталях. В соответствии с этим «спецпереселенцам разрешалось взять с собой личные вещи, одежду, бытовой инвентарь, посуду продовольствие в количестве до 500 кг на семью». Остальная собственность описывалась с составлением соответствующего документа (т.н. «обменных квитанций») для последующей компенсации. На каждый эшелон выделяли врача и медсестер «с соответствующим запасом медикаментов для медико-санитарного обслуживания спецпереселенцев в пути. Для обеспечения людей горячим питанием и кипятком в пути следовало выделить продуктов... из расчета суточной нормы на 1 человека: хлеба 500 г, мяса и рыбы 70 г, крупы 60 г, жиров 10 г». В местах расселения разрешалась выдача ссуды в размере до 5000 рублей на семью для строительства жилья и ведения хозяйства с рассрочкой на 7 лет. Сразу по прибытии взрослые спецпереселенцы обеспечивались работой в совхозах и на промышленных предприятиях. Кроме того, в течение июня-августа 1944 г. все получали помощь продуктами (норма в месяц на человека: мука и овощи – по 8 кг, крупа – 2 кг)[8].

Стоит отметить, что насильственному выселению «подверглись не все крымские татары… От «статуса переселенца» освобождались участники крымского подполья, крымские татары, действовавшие в тылу противника в интересах Красной Армии и члены их семей. Нередко удовлетворялись просьбы вернуться в Крым и татар-фронтовиков. Не выселялись и женщины татарки вышедшие замуж за русских. Предложения об этом были изложены в Донесении на имя народного комиссара внутренних дел СССР Л.П. Берии от 1.08.1944 за подписью В. Чернышова и М. Кузнецова»[9].
По завершению переселения в телеграмме И.В. Сталину наркома внутренних дел Л.П. Берии докладывалось, что «все татары к местам расселения прибыли и расселились в областях Узбекской ССР – 151604 человека, в областях РСФСР - 31551 человек. В телеграмме наркома внутренних дел Узбекской ССР Бабжанова на имя Берии сообщалось, что по пути следования эшелонов с татарами в Узбекистан умер 191 человек[10].

Было ли это решение из ряда вон выходящим? Едва ли. Об этом свидетельствуют уже упомянутый «обмен» гражданами между Польшей и СССР в 1944 г., а также операция «Висла», проведённая в Польше в апреле–августе 1947 г. после ряда террористических акций, осуществлённых бойцами УПА (бандеровцами) на её территории. В результате этой операции местные жители-украинцы, проживавшие в юго-восточной части Польши (Западная Галичина, т. н. Холмщина и Подляшье) были переселены в районы Вислы, где ранее жили немцы. Кроме того, 14 миллионов немцев было депортировано в Германию из Чехии, Венгрии и Польши в 1945-1949 гг. И изгнание это происходило в таких чудовищных условиях, что два миллиона немцев погибло, включая стариков, женщин, детей, в «маршах смерти», когда их колоннами гнали в Германию[11].

Сейчас представители крымских татар говорят, что в пути и в первые месяцы после переселения их умерло до 46%. Словно они оказались не в теплой Средней Азии, а лютой зимой в блокадном Ленинграде. Будто им пришлось в зимние холода жить в полуразрушенных неотапливаемых домах, получая осьмушку т. н. «хлеба» (125 г.) в день. Безусловно, условия, в которых крымские татары оказались, были тяжелые. Поначалу жить было негде. Приходилось строить сначала времянки, а лишь потом постоянное жилье. Трагизм положения татар обострялся потерей родины, внутренним состоянием «исхода», изгнания. Но в остальном условия их жизни были не хуже положения тех миллионов советских людей, которые в начале войны после эвакуации оказались за Уралом без жилья, а по возвращению в родные села и города после войны были вынуждены их полностью восстанавливать.

Банально, но все познается в сравнении. И нам надо сравнивать положение татар не с сегодняшним днём, а с тем, что можно было увидеть по всей стране во время и сразу после войны. Впрочем, есть пример и 90-х годов: беженцы из Чечни, жившие в палатках не один год. Жить в таких условиях очень трудно, но никаких данных о массовой гибели людей в лагерях для беженцев мы не наблюдали. Не наблюдали, потому что такой процент смертности, какой называют представители крымских татар, возможен лишь в случае организованного физического уничтожения людей или массовой эпидемии.

Итак, задумаемся: кто в этой войне больше настрадался? Кому было тяжелей? Кто перенёс бóльшую трагедию и отдал больше жизней? И тогда придется признать, что описание условий переселения крымских татар, безусловно, суровых, вряд ли можно сравнить с теми лишениями, которые пережили советские люди, подвергшиеся в 1941 г. вынужденной эвакуации за Урал, спасаясь от быстро наступавших немецких войск. Тогда все их имущество умещалось в одном-двух чемоданах или нескольких вещмешках. Эшелоны, уходившие на восток, постоянно бомбили. Воды и еды, топлива катастрофически не хватало. А потом были трудные будни тыла. Жить и работать приходилось, и в дождь, и в лютый мороз, в неотапливаемых помещениях, или просто в палатках, где стояли станки и аппаратура эвакуированных в тыл заводов. Работать, выпуская продукцию для фронта, взрослым и детям, без выходных по 12 часов в день. Работать, несмотря на голод, хроническое недосыпание и сковывавший руки холод. И люди не только выдержали, но и победили. Победили потому, что верили своей стране и несмотря ни на что оставались людьми, не давая выплеснуться ненависти на другие народы.

Немало этому способствовала и общественно-политическая структура Советского Союза, представлявшего, по мнению С.Г. Кара-Мурзы «систему с отрицательной обратной связью по отношению к конфликтам…», где «при обострении противоречия автоматически включались экономические, идеологические и даже репрессивные механизмы, которые разрешали или подавляли конфликт, «успокаивая» систему»[12] и не позволяя одним народам истреблять другие.

Можно ли считать после этого политику переселения крымских татар геноцидом, если в действительности геноцид означает курс на уничтожение народа, на планомерное сокращение его численности и социальную деградацию[13]? Можно ли считать геноцидом действия власти, если в их основе был максимально щадящий для участников войны вариант снятия крайне напряжённой проблемы[14]? Видимо, нет. Но теперь всё выглядит как бы иначе. И «чудом уцелевший народ»[15], возвращаясь на родину, чтобы наладить здесь свою жизнь, рассматривает насильственное выселение из Крыма как историческую обиду, давшую преимущества не «истинным хозяевам Крыма» – крымским татарам, а его «квартирантам», как нередко называют крымские татары русское население Крыма.

Что-то в этой истории забылось, что-то не так вспомнилось. И снова история используется, как аргумент в сегодняшней борьбе за власть, территорию и ресурсы. В ней Советский Союз продолжает выглядеть «империей зла», а применяемое Советской властью насилие представляется изначально «преступным даже в самые критические периоды, когда государственные органы были вынуждены решать срочные и чрезвычайные задачи ради спасения множества жизней граждан»[16]. Почему эти доводы многими гражданами Украины и России и сейчас не воспринимаются? Видимо, это связано с господством определённых мифологий, цель возникновения и функционирования которых ещё не завершена.

Итак, даже на примере лишь одного эпизода Великой Войны видно, что история ХХ века еще не написана, поскольку очень многие вопросы оказались значительно сложнее, чем это представлялось ранее официальной историографией. И один из самых интересных и актуальных вопросов этого периода касается осмысления роли «мусульманских легионов» крымских татар в Великой Отечественной войне, а также политики Советской власти в годы Великой Войны в контексте как логики самой Системы, так и логики войны. Её современный анализ, в частности, показывает, насколько упрощённой и однобокой, а, следовательно, крайне мифологизированной, была подача информации в период «перестройки», вошедшей в историю под лозунгами демифологизации и возвращения к исторической правде. Тогда было не очень понятно, что за всем этим кроется, и кто за этим стоит. Тайные пружины этих процессов тогда ещё не проступили, механизм их развертывания был не вполне ясен. Но проявившиеся во всей своей мощи в последнем десятилетии ХХ века после победы США в «холодной войне» контуры глобализации вынуждают нас воспринимать эти процессы как маленькую, но очень важную составляющую новой Большой Игры[17]. Игры, в которой народы снова будут объектом политики и средством, а их исторические обиды будут использоваться в борьбе за мировые ресурсы для их разъединения, максимального ослабления и подчинения новым победителям, которые рассчитывают, что так будет всегда.

Библиографический список
1. Амит Э. Никто не забыт и ничто не забыто // Звезда Востока, 1989. №9, с.101-115.
2. Басов А. Крым: прошлое и настоящее // Аргументы и факты, 1988. №33.
3. Затянувшееся возвращение // Слава Севастополя, 1991. 18 июля.
4. Как «разжаловали» Крым. Беседа с народным депутатом РСФСР, председателем комиссии по самоуправлению В.А. Сердюковым // Слава Севастополя, 1990. 29 августа.
5. Кара-Мурза С. Г. Антисоветский проект. М.: Изд-во Эксмо, 2003. 416 с.
6. Крым в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 гг. / Сост. В.К. Гарагуля, И.П. Кондранов, Л.П. Кравцова. Симферополь: Таврия, 1994. 208 с. (Вопросы – ответы: Вып.4).
7. Крым многонациональный / Сост. Н. Г. Степанова. Симферополь: Таврия, 1988. 144 с. (Вопросы – ответы; Вып.1).
8. Крымско-татарские формирования: документы Третьего рейха свидетельствуют // Военно-исторический журнал, 1991. №3. с.89-95.
9. Лозунько С. Концлагеря спасают Америку [Электронный ресурс] Режим доступа: http://maxpark.com/community/politic/content/1751493
10. Мальгин А.В. Партизанское движение и «татарский вопрос». 1941-1944 гг. Симферополь: СОНАТ, 2008. 188 с.
11. Манштейн Э. Утерянные победы: Перевод с нем. Ростов н/Д: изд-во «Феникс», 1999. 640 с.
12. Панарин А.С. Народ без элиты. М.: Изд-во Алгоритм, Изд-во Эксмо, 2006. 352 с.
13. Пулатов Т. Всем миром – помочь братьям // Дружба народов, 1988. №12 с. 201-208.
14. Путин: Зачем ты дал ей слово на пресс-конференции?, Собчак задает вопрос Путину 18.12.2014 [Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.youtube.com/watch?v=sDz7u3N2lFk
15. Решин Л. «…Русские пленные добровольно служить не идут…» Секретные документы вермахта и СС о формировании воинских частей из советских граждан // Известия, 1990. 28 мая Сенченко Н.И. Общество истребления – стратегическая перспектива «демократических реформ». К: МАУП, 2004. 224 с.
16. Романько О.В. Мусульманские легионы во Второй мировой войне. М.: ООО «Издательство АСТ»: ООО «Транзиткнига», 2004. 312 с.
17. Сенченко Н.И. Общество истребления – стратегическая перспектива «демократических реформ». К: МАУП, 2004. 224 с.
18. Сообщение ТАСС // Известия, 1987. 25 июля.
19. Хриенко П. Татары Крыма: три проблемы парадигмы репатриации // Крымская правда, 2000. 7 октября.
20. Шлезингер-мл. А. М. Циклы американской истории. М.: Прогресс-Наука, 1992. 686 с.
21. Штеменко С.М. Генеральный штаб в годы войны. Книга 2-я, М.: Воениздат. 1973. 578 с.
22. Чикин А.М. Ахиллесова пята // Российская Община Севастополя, 2004, № 2-6.
23. Hoffmann J. Ostlegionen 1941-1943. Turkotataren, Kaukasier und Wolgafinnen im deutsche Heer. Freuburg: Rombach Verlag,1976.

Ссылка
[9] См.: Чикин А.М. Ахиллесова пята. №3.
[10] Хриенко П. Татары Крыма: три проблемы парадигмы репатриации.
[11] См.: Сумленный С. Изгнаны и убиты [Электронный режим] / С. Сумленный. – Режим доступа: http://expert.ru/expert/2008/30/izgnany_i_ubity/
[12] См.: Кара-Мурза С. Г. Антисоветский проект. М.: Изд-во Эксмо, 2003. С. 226-227.
[13] См.: Сенченко Н.И. Общество истребления – стратегическая перспектива «демократических реформ». К: МАУП, 2004. 224 с.
[14] См.: Панарин А.С. Народ без элиты. М.: Изд-во Алгоритм, Изд-во Эксмо, 2006. С. 255-256.
[15] Затянувшееся возвращение // Слава Севастополя, 1991. 18 июля.
[16] Кара-Мурза С. Г. Антисоветский проект. С. 215.
[17] См.: Панарин А.С. Народ без элиты. С. 260-276.

Источник

promo skeptimist august 30, 2015 12:32 6
Buy for 20 tokens
С 2012 по 2015 годы мне удалось издать 14 книг по современной мифологии. Разумеется, книги писались в разное время в течение примерно 20 лет. Просто издать их удалось позже. Так роман "Седьмая печать" писался более 10 лет и был закончен в 2005 году. А монографии "Мазепа" и "Батуринская резня"…
О как!
Типа Сталин избавил татар от греха?