мифы Украины

ПЫТКА (фрагмент 3-й главы романа Андрея В. Ставицкого "СЕДЬМАЯ ПЕЧАТЬ")



По мере того, как Дольский погружался в мир Вюрцбурга, который явился ему в видениях, его вниманием завладели события вокруг процесса ведьм.
И тогда видения обрушили на него ужасы допросов ведьм и еретиков, которые превратились в одну непрерывную пытку.
_____________

Вдруг Ночь накрыла своим чёрным плащом кричащее видение, и чей-то женский голос бодро заговорил из темноты, тихо обращаясь к кому-то:
– Мой дорогой возлюбленный муж, не беспокойся. Какие бы тысячи обвинений мне не предъявляли, я невиновна, и пусть все демоны Ада придут и разорвут меня на куски, если я солгала. Будут ли меня пытать? Я не верю в это, поскольку ни в чём не виновата… – Страшные крики прервали её слова, словно её разом, как в воде, утопили в боли, и затем наступила долгая, тягостная, звенящая и ноющая тишина.

– Боже, – со стоном заговорила женщина снова. Голос её был слабый и как будто больной, словно каждое слово давалось теперь ей с огромным трудом. – Они так пытали меня, что я думала, что от боли умру, но я невиновна, как Господь на небесах. За что? Не понимаю? Почему Господь отвернулся от нас? Что мы сделали не так? В чём провинились перед ним? Господи…


Мягкий свет из глубины Ночи высветил полуосвещённую камеру, в которой несколько человек наблюдали за пыткой растянутого на деревянном колесе мужчины.
– Не пытайся отрицать очевидное, – орал ему один из сидевших за столом судей. – Нам нужна правда, и только правда. И ты её нам скажешь. Мы знаем правду, да-да, знаем, но ты нам её не говоришь. Поэтому мы назначаем для тебя продолжение допроса под пыткой, чтобы правда была произнесена из твоих собственных уст.
– О, Боже! Я больше не могу! Когда это кончится? – прокричал, задыхаясь, мужчина. – O Pater omnipotens, o Iesu bone . Christe precor esto pius .

– Когда ты скажешь всё, что знаешь, – ответил ему один из судей.
– Господи, если бы я был негодяем, разве я позволил бы себя так мучить?
– Не пытайся нас путать! – В гневе худой судья вскочил с места и угрожающе воздел руку. – Но знай, что своим отказом в очевидном ты оказываешь пренебрежение не нам, не человеку и даже не суду, но Господу всех живых и мёртвых, который придёт судить их и весь мир огнём. Словом, создавшим плоть, повелеваем тебе, прояви покорность Господу, перед которым всякое колено да преклонится.
– Не молчи, – закричал, отложив бутерброд, толстый судья. – Или ты не понял, что твоё молчание есть не только неуважение к суду, но и к Господу?
– Да, я во всём признаюсь, в чём скажете, – запричитал мужчина. – Я ел детей на шабаше, но какое имеет значение, было это или нет на самом деле?
– Ты над нами издеваешься? – Голос худого судьи взлетел до потолка. – Или думаешь, что своими уловками сможешь противостоять слугам Господним? Неужели не понимаешь, что нам не нужна твоя ложь? Только правда, и ничего, кроме правды. И ты нам её скажешь, чего бы это нам ни стоило.

Колесо снова пришло в движение, и мужчина, натянутый, как звенящая от напряжения струна, заверещал от боли:
– Domine deus in tua misericordia speravi !
Дольский уже ничего не понимал. Неослабевающий град вопросов, обрушившийся на истязаемого, и его истошные крики превратились в кошмарную, сводящую с ума бессмыслицу. И вдруг среди всего этого нескончаемого крика Дольский услышал тихий голос над собой:
– Вот так, человек. Ты и есть, человек – самое большое страдание для людей. Только когда ты поймёшь это? Когда поймёшь, что приведён в этот мир не для страданий, а для блаженства и любви?

Слова растаяли стонущим эхом. И стало слышно, как в темноте кто-то из судей со смехом рассказывал другому:
– Представляешь, её пальцы вставили в тиски и затянули их, как при чрезмерной пытке, так сильно, что не смогли отвернуть обратно. Пришлось вызвать кузнеца, сделавшего тиски, чтобы он отвернул их своими инструментами и освободил её раздробленные пальцы. А теперь они вспухли и гниют.

Новые крики и гневные голоса заполнили всё пространство вокруг, высвечивая из темноты очередное видение.
– Ты зря упорствуешь, ведьма, считая, что, если будешь молчать, то мы не сможем казнить тебя, – кричал один из судей, – потому что твоя собственная дочь уже дала показания против тебя.
– Боже, Агата! – в ужасе воскликнула женщина, привязанная к лестнице. – Зачем вы арестовали её? Она же совсем ребёнок. Ей же всего только пять лет.
– Ну и что? – возразил ей толстый судья. – Мы знаем, что ей всего пять лет. Но когда речь идёт о еретиках и ведьмах, мы не смотрим на возраст, а исключительно на степень их злодеяния и размер их вины.
– Я не могу поверить, что дочь сказала такое про меня, – дрожащим голосом сказала женщина. – Мы её иначе воспитывали. Она не могла солгать.
– А она и не лгала, – засмеялся судья. – Она сказала правду. Мы можем вам устроить очную ставку. И тогда ты поймёшь, что мы не обманываем тебя.
– Вы, наверное, били её? – спросила женщина, и в её голосе зазвучала плохо скрытая боль.
– Лишь слегка, по-отечески, несколько раз ударили кнутом. Не столько для того, чтобы сделать ей больно, сколько затем, чтобы урезонить сидевшего в ней дьявола. И, надо сказать, он внял.
– Конечно, – подтвердил другой судья, придав своему лицу благостное выражение, – ведь мы исходим из того, что бичевание должно применяться бережно и умеренно, больше для унижения дьявола, чем для воздействия на обвиняемого.
– Эй, введите маленькую ведьму, – крикнул один из судей.

Спустя несколько минут дверь тяжело заскрипела, и в камеру втолкнули маленькую девочку. Из-за плохой освещённости её почти не было видно, и слабый свет от огня лишь слегка вычерчивал её тоненький силуэт.
– Как ты могла, Агата? – воскликнула женщина. – Как ты могла оговорить свою мать?

Маленькая тень отделилась от стены, и Дольский услышал звон цепей и слабый детский голосок:
– Они сильно били меня, мама. И теперь я не могу ни лежать, ни сидеть.
– Боже, как вы могли, как вы могли? – с болью повторяла женщина. – Как вы могли? Или у вас нет своих детей?
– Ну и что? – заорал ей в ответ судья. – А ты думала, мы будем жалеть её? Именно ради своих детей, и вообще всех детей христианских, мы сделали это. Ведь ты сама не хочешь сказать правду. А если не признаются родители, то признание мы получим от их детей. Да, через эту камеру пыток прошли уже десятки детей. И все оказались виновны в связи с Дьяволом.

В отчаянии женщина повернулась к своей дочке и со слезами в глазах воскликнула:
– Господи! Почему я не утопила мою несчастную дочь сразу же после рождения, обмывая её в лохани?
– О, почему ты не сделала этого, мама? – заплакала в ответ Агата.

Детский плач был прерван ударами хлыста по чьему-то телу. Но кого били, Дольский уже не видел. Вечность людских страданий нависла над ним Адом, спустившимся на землю. Ужас маленьким осторожным зверьком подполз сзади и коснулся ног Дольского, а затем, взвившись до небес, опалил его душу и тело. Он почувствовал, что у него горят руки, всё тело, а на нём отпечатывались кровавыми ожогами слова тех, чьи голоса звучали в нём.

– Проглоти освящённую соль и выпей святой воды, – кричал кто-то из судей. – Ты ведьма, вероотступница, собака безгласная! Признайся в грехе колдовства и раскрой имена своих сообщников! Ты, грязная потаскуха, дьявольская распутница, немая гадина. Говори и признавайся во имя Господа! И если ты ответишь на все вопросы, тебя больше не будут мучить и подарят вечную жизнь.
Но женщина молчала. Под новыми ударами хлыста её вывернутый болью рот вытолкнул нечеловеческий крик. На какое-то время он завис под потолком, бился о стены, а затем затих в сиплом хрипе обессиленного тела.

– Что ж, – услышал Дольский голос комиссара. – Отрицание своей вины является достаточным основанием для усиления и продолжения пытки. Но если она призналась, пытки нельзя прерывать, пока её признание не будет полным. Чтобы признание было полным, ведьма должна назвать своих сообщников. Всех, кого она знает или на кого ей на основании других свидетельских показаний укажут.
Дольский вновь услышал жуткие крики из темноты и увидел разрываемое страданием женское тело. Её тело было как открытая живая рана. И боль кровавыми слезами текла по её распухшему, вывернутому страданием лицу. Но вдруг её тело обмякло, а дыхание стихло.
– Эй, где вода? Приведите её в чувство!

Дольскому отчётливо было слышно, как её били по щекам и обливали водой, а затем раздался стон, выдавший весь ужас приходящего в сознание человека.
– Ну что? Теперь ты будешь говорить? – спросил её комиссар.
– Да. Да, я – ведьма, – услышал он дрожащий голос в темноте. – И я вовсе не родила мертворожденного ребенка, как все считают. Он родился живой, но я убила его, разрубила на куски и топила их в горшках для получения ведьминской мази.

Вдруг где-то в глубине ночи чей-то удивлённый голос тихо сообщил:
– Господин судья, в результате вскрытия в могиле мы обнаружили нетронутое тело младенца.
– И что теперь? – угрожающе прошипел судья в ответ. – Разве это меняет дело? Вы считаете, что она невиновна, и хотите её отпустить? Или будете препятствовать правосудию?
– Нет, конечно.
– Тогда сделайте так, чтобы тело младенца более не было нетронутым. Вы слышали, что она сделала с его телом?

При этих словах словно что-то кипящее окатило Дольского, рождая в нём чувство неведомого ранее единения со страдающим миром и заставляя кричать вместе с ним. Крик, колотился в нём, выворачивая тело и душу, тошнотой подкатывая к горлу, и, вырвавшись, устремился к небу.

Предыдущие фрагменты романа Андрея В. Ставицкого «СЕДЬМАЯ ПЕЧАТЬ»:

Обложка романа "Седьмая печать»" http://skeptimist.livejournal.com/235149.html

РОМАН "СЕДЬМАЯ ПЕЧАТЬ": СТРУКТУРА КНИГИ http://skeptimist.livejournal.com/293305.html

ПОСВЯЩЕНИЕ РОМАНУ «СЕДЬМАЯ ПЕЧАТЬ»

1 часть - http://skeptimist.livejournal.com/248742.html
2 часть - http://skeptimist.livejournal.com/248980.html
3 часть - http://skeptimist.livejournal.com/249298.html
4 часть - http://skeptimist.livejournal.com/249507.html
5 часть http://skeptimist.livejournal.com/249602.html
6 часть - http://skeptimist.livejournal.com/249900.html
7 часть - http://skeptimist.livejournal.com/250345.html

Фрагменты 1-й главы

ОПЕРАЦИЯ http://skeptimist.livejournal.com/250372.html
ВЕСТНИК http://skeptimist.livejournal.com/259261.html
ЗОВ http://skeptimist.livejournal.com/260332.html
АВАРИЯ http://skeptimist.livejournal.com/269225.html
НАЧАЛО http://skeptimist.livejournal.com/270473.html
СВЕЧА http://skeptimist.livejournal.com/275958.html
КНИГА-ПЕРЕВЁРТЫШ http://skeptimist.livejournal.com/272359.html
SELVA SUBTERRANEA http://skeptimist.livejournal.com/276739.html
ПОЛЁТ http://skeptimist.livejournal.com/284185.html



Фрагменты 2-й главы

ПРЕДСКАЗАНИЕ http://skeptimist.livejournal.com/304553.html
ПЕРЕКРЁСТОК http://skeptimist.livejournal.com/312872.html
ПИЩА БОГОВ http://skeptimist.livejournal.com/318514.html
КАББАЛА http://skeptimist.livejournal.com/331583.html
КАРТЫ ТАРО http://skeptimist.livejournal.com/337777.html
ЗЕЛЁНЫЙ ОХОТНИК http://skeptimist.livejournal.com/346024.html
МАРОДЁРЫ http://skeptimist.livejournal.com/354469.html
ГАДАТЕЛЬ
http://skeptimist.livejournal.com/366851.html

Фрагменты 3-й главы

КОМИССАР http://skeptimist.livejournal.com/370868.html
РЕЧЬ КОМИССАРА ИНКВИЗИЦИИ: ГЛАВНАЯ ВИНА ВЕДЬМ http://skeptimist.livejournal.com/378126.html
РЕЧЬ ИНКВИЗИТОРА: КАК ПЫТАТЬ ВЕДЬМ http://skeptimist.livejournal.com/381182.html
ИНКВИЗИТОРЫ ВЮРЦБУРГА И ЗАГОВОР ПРОТИВ БОГА http://skeptimist.livejournal.com/383504.html
УЖАС В ПРИГОРШНЕ ПРАХА: БАРБАРА ГЁБЕЛЬ http://skeptimist.livejournal.com/386164.html

Перед постом выставлен рисунок автора

promo skeptimist август 30, 2015 12:32 6
Buy for 20 tokens
С 2012 по 2015 годы мне удалось издать 14 книг по современной мифологии. Разумеется, книги писались в разное время в течение примерно 20 лет. Просто издать их удалось позже. Так роман "Седьмая печать" писался более 10 лет и был закончен в 2005 году. А монографии "Мазепа" и "Батуринская резня"…