skeptimist (Блог Андрея В. Ставицкого) (skeptimist) wrote,
skeptimist (Блог Андрея В. Ставицкого)
skeptimist

Categories:

О коллаборационизме крымских татар



По наводке честного историка и писателя Игоря Пыхалова, у которого, кстати, сегодня день рождения, публикую материал по скандальной для Крыма теме коллаборационизма крымских татар, который, как я понимаю, ими так и не был осуждён.
Но шума по этому поводу было много в связи с выпуском учебника по истории Крыма.

И снова о нём.

Правде нельзя заткнуть рот, даже если вырезать некоторые страницы

ИСТОРИЯ О ТОМ, КАК КАСТРИРОВАЛИ УЧЕБНОЕ ПОСОБИЕ ПО КРЫМСКОМУ ПРОШЛОМУ, ПОЛУЧИЛА ПРОДОЛЖЕНИЕ… В ЕКАТЕРИНБУРГЕ

История эта началась в 2018 году, когда Министерство образования и науки Республики Крым совместно с Министерством просвещения РФ заказало известным крымским историкам учебное пособие. Оно должно было дать углубленное знание многонациональной и весьма богатой истории Крыма.

И в кратчайшие сроки такое пособие было изготовлено. Но… Разразился скандал, который касался того раздела, где говорилось о массовом коллаборационизме крымских татар в годы Великой Отечественной войны. Их представители во главе с Русланом Бальбеком, ныне депутатом Госдумы, потребовали изъять пособие из школьных библиотек, обвиняя авторов в разжигании межнациональной розни.

В феврале 2019 года историк, автор книг о Великой Отечественной войне Игорь Пыхалов описал этот факт в своем материале на интернет-портале Накануне.RU (Екатеринбург), высказав свою точку зрения и на историю с пособием, и на сам факт коллаборационизма.

Вы не поверите, что случилось дальше: Руслан Бальбек подал жалобу… в Генпрокуратуру на издание и на самого Пыхалова. Кстати, Накануне.RU, не дожидаясь вердикта суда, сняло со своей ленты материал Пыхалова, но вы его можете найти на его личной страничке в ЖЖ по заголовку: «За что крымских татар назвали пособниками Гитлера в учебнике и почему им не стоит потакать сегодня».

Генпрокуратура спустила жалобу в Екатеринбург, областная — в городскую, городская в районную. И прокурор Ленинского района Екатеринбурга Вахит Мухамадеев, проведя проверку по обращению парламентария, подал иски в суд.

Коллеги из Накануне.RU, рассказывая о перипетиях экспертиз, заседаний судов и пр., пишут: «И поскольку высказывание суждений, использующих факты межнациональных, межконфессиональных или иных социальных отношений в научный или политических дискуссиях и текстах по законам нашей страны не является преступлением, учитывая выводы экспертных исследований, суд заявил об отсутствии какой-либо информации, запрещенной к распространению на территории РФ. При этом суд напомнил, что искажение истории недопустимо.

«При указанных обстоятельствах суд отказывает в удовлетворении административного иска. Исковые требования прокурора Ленинского района в интересах неопределенного круга лиц к информационному агентству Накануне.RU о признании информации, размещенной на информационном ресурсе в сети Интернет, запрещенной к распространению в РФ оставить без удовлетворения», — сказано в официальном документе».
УПС!
а так дышал, так дышал...

Итак, суд отказал Генпрокуратуре — считай, Руслану Бальбеку. «Окно Овертона» по реабилитации коллаборантов не открылось. Но точка в этом деле не поставлена.

Сегодня мы беседуем с известным крымским экспертом, политологом, соавтором того спорного учебного пособия Александром Форманчуком (на фото). Заметим, что Александр Андреевич, будучи на весьма высокой партийной должности в Крымском рескоме КПУ, еще с конца 80-х активно участвовал в мирном решении «крымско-татарского вопроса» при возвращении этого народа на родину, и он один из немногих в Крыму, кто досконально разбирается в этом деле.

«За него нам и тогда, и сейчас не стыдно»

— Александр Андреевич, чем пособие отличается от учебника?

— Его использование для учащихся школ не является обязательным. Оно больше предназначено для учителя, который по той или иной теме находит в этом пособии материал, который поможет ему, как нам кажется, объективно и правдиво (во всяком случае, мы к этому стремились) на уровне современных достижений исторических знаний его использовать, чтобы приблизить к ученикам. Если учитель считает нашу точку зрения по каким-то причинам не совсем объективной или что в ней есть некие болезненные моменты, он может это пособие вообще не использовать. Например, — в крымско-татарском классе, если считает, что его аудитория не готова ее воспринимать.

— То есть он может пользоваться и другими пособиями?

— Да. В любом случае он должен раскрыть тему — но желательно, чтобы он ее раскрыл правдиво и достоверно.

— Как создавалось ваше пособие?

— Оно вышло два года назад, в 2018 году. Для того чтобы его написать в достаточно сжатые сроки, был создан творческий коллектив, координатором и руководителем которого выступил профессор Сергей Васильевич Юрченко, завкафедрой политических наук и международных отношений Крымского федерального университета. В составе авторов — в основном ученые этого университета, в том числе и я. Меня включили не столько как сотрудника этого вуза, сколько как эксперта-историка по образованию.

Я, конечно, с удовольствием принял участие в этом деле. Но я больше работал над той частью для старшеклассников по советскому периоду, которая начиналась с гражданской войны в Крыму и заканчивалась украинским периодом. Каждый из авторов стремился к тому, чтобы подготовленный текст соответствовал принятым Министерством просвещения РФ стандартам. В их рамках нельзя вольно трактовать какие-то вещи, хотя они позволяют достаточно свободное владение массивом исторических знаний, которые можно отобрать в сжатом виде — не забывая, конечно, о том, какого возраста и уровня подготовки будут читатели этого пособия.

— Министерство РФ его приняло, допустило к использованию в школах?

— Да, к нам приезжали эксперты из Москвы, из научно-методического совета по истории, известные ученые — в частности, профессор Данилов; мы с ними обменялись впечатлениями, мнениями. Согласившись с нашей концепцией, они просили нас ускорить нашу работу — максимум в сентябре направить наши материалы в Москву. Поэтому пришлось всем работать даже в отпускной период.

— Я правильно поняла, что это пособие было принято на уровне министерств — и Крыма, и РФ?

— Да, крымское министерство являлось главным заказчиком и ответственным за его выпуск, а Минпрос РФ отвечал за методическую часть. Пособие было издано в в издательстве «Просвещение».

Работа была очень интересной, все работали увлеченно, напряженно, каждый имел право на самостоятельное видение тех или иных событий, которое мы потом, конечно, вместе обрабатывали. В результате появилось, на наш взгляд, добротное учебное пособие, за которое нам и тогда, и сейчас не стыдно. Мы убеждены, что оно соответствовало всем требованиям стандартов и тому уровню знаний и понимания, которые каждый из авторов располагал и использовал.

Откуда есть пошел крымско-татарский народ

— Но после появления пособия сразу возник скандал. Кто его начал? По какой причине и с какой целью, на ваш взгляд?

— Его выход, как всегда, вызвал болезненное восприятие темы коллаборационизма в годы Великой Отечественной войны, оккупации Крыма немецко-фашистскими захватчиками. Впрочем, мы прекрасно понимали, что эта тема может вызвать неоднозначную реакцию…

— Да, она до сих пор болезненна, я даже знаю, что, например, многие СМИ просто отказываются от публикаций на эту тему.

— Поэтому мы старались быть максимально аккуратными. Мы исходили из того, что сегодняшние учащиеся, тем более старших классов, которые готовятся вступить в самостоятельную жизнь, должны знать правду, а не наталкиваться на замалчивания, пустоты и вымарывания фактов истории. Мы считаем, что тему коллаборационизма замалчивать никак нельзя.

— Да: то, о чем хочешь забыть, потом непременно повторится, только в более страшном масштабе, это аксиома. Понятно, почему замалчивали при Украине: тема, вызывающая столь неоднозначное толкование, обязательно превращается в угрозу для одних и жупел для других. Такой себе «инструмент сдерживания». А вот почему эта тема в крымском обществе и сейчас остается болезненной и посему неприкасаемой?

— Это связано с проблемой исторической роли крымский татар в освоении Крыма. Есть навязанная обществу тема коренных народов; многие крымские татары стремятся доказывать, что крымские татары жили здесь всегда, хотя это не так. Мы же считаем, что появление этого этноса стало продуктом сложных этнических процессов на полуострове, связанных с приходом сюда в разное время различных племен и народов; что этот народ прошел через своеобразный плавильный котел этнических сообществ.

Поэтому крымские татары являются продуктом длительной исторической эпохи.

Кстати, в советский период не было национальности «крымские татары», а были «татары Крыма». Но когда в 1944 году они прибыли в места депортации, при переписи населения ввели в оборот термин «крымские татары», которое потом закрепилось.

В украинский период шла достаточно активная полемика по этой теме, но часто со стороны крымских татар полемисты были столь активны, что напрочь отвергали то, что крымские татары — это продукт исторически сложных процессов. Кроме того, они шли против исторической правды, утверждая, что Екатерина Великая «аннексировала» Крым и ликвидировала крымско-татарскую государственность. Это же продолжают утверждать и некоторые крымско-татарские историки и сегодня.

Да, действительно, то был процесс присоединения Крыма — в екатерининском Манифесте записано слово «принять». Россия не вела классической колонизаторской политики на территориях вблизи Российской империи. Это была не насильственная колонизация — это было освоение, принятие в состав просившихся под российскую корону. Россия всегда несла на новые свои территории культуру и всегда толерантно относилась к традициям местных народов, их сохранению.

Поэтому Екатерининский период мы понимаем как присоединение, но никак не насильственную колонизацию или аннексию.

На том, что многие крымские татары не хотят до сих пор согласиться с этим термином, сыграл глава запрещенного в РФ меджлиса Мустафа Джемилев — он выдвинул в качестве официальной идеологии этой организации утверждение, что Россия — агрессор, колонизатор. Эта теория была удобна и меджлису, и Украине.

К сожалению, за 23 года вынужденного пребывания Крыма в составе постсоветской Украины с 1991 года эта промеджлисовская политика проросла и стала убеждением для некоторой части самих крымских татар, которые, понятно, не воспринимают трактовку этих тем с позиций исторической правды, которую мы исповедуем.

Идем к признанию, хоть и нелицеприятной, но правды

Есть и вторая тема — ликвидация крымско-татарской, как они считают, государственности и депортация 1944 года. На самом деле Крымская АССР, созданная в 1921 году и ликвидированная с момента депортации крымских татар в мае 1944 года, не была национальной, она была создана по территориальному принципу. На ее якобы национальном характере настаивают такие ученые, как Гульнара Бекирова, которая сейчас живет в Киеве, туда же перебрались некоторые выходцы из Крыма — Андрей Иванец, Сергей Громенко. Там они активно пытаются разрабатывать отдельные моменты, которые в политическом смысле удобны для Украины.

Наш подход — особый для Крыма: полуостров имеет уникальную историю, очень древнюю, кстати, самую древнюю не только в пределах Украины, но и всего постсоветского пространства — стоит вспомнить, сколько лет Керчи, Боспорское царство, Евпаторию… Я считаю, именно поэтому за 23 года пребывания Крыма в составе соседнего государства Крым не удалось украинизировать: в нас живут исторические знания, традиции исторической науки, которые характерны для крымчан. Крым полит кровью многих поколений — на протяжении столетий этот полуостров был очень свободолюбивым, но в то же время он всегда тяготел к России — начиная с принятия Христианства, это Херсонес, Андрей Первозванный…

Украина это не признавала, крымские татары очень старались либо замалчивать эти темы, например, то же принятие христианства, либо как-то избегать…

— Либо банально извращать.

— Да, некоторые занимались прямым искажением. Когда в нашем пособии появилась тема коллаборационизма в годы оккупации Крыма, там были приведены три цифры. Одна из них — та, что со стороны крымских татар около 20 тысяч человек стали коллаборантами (слово «предатели» старались избегать). Причем некоторые открыто сотрудничали с фашистами, создавали карательные отряды, например, работавшие в концлагере в совхозе «Красный». А некоторые это делали на уровне так называемых отрядов самообороны в селах, которые практически везде были созданы из крымских татар.

Когда эта цифра появилась, сначала возмутились некоторые активисты на крымско-татарском совете при Главе республики, потом другие татары стали возбуждаться, а далее эту тему подхватил, к моему большому сожалению, и Руслан Бальбек, депутат Государственной Думы, сам крымский татарин. Я всегда считал его достаточно грамотным, но здесь у него явно сработали стереотипы.

— Это тем более удивительно, что он сам не один раз открыто высказывался, выступал и с критикой меджлиса, в том числе и в моих интервью с ним…

— Да, он был активным антимеджлисовцем, хотя начинал свой путь в политику именно как член меджлиса. А потом перешел в оппозицию и был активным его критиком — даже чучело сжигал… То есть мне он казался всегда крымским татарином, который стремился к объективности, к признанию, хоть и нелицеприятной, но правды. Мы же признаем, что была, например, армия Власова; мы знаем, что было немало русских, которые зверствовали, будучи прислужниками в оккупационных войсках фашистского режима. Или, там, украинцев — достаточно вспомнить Хатынь и Волынскую резню. Это же темы, которые давным-давно имеют правдивое освещение…

— То есть это никто не скрывает, никто не оправдывает предателей, все признают…

— Да, эти факты невозможно отрицать. Вы же видите, что до сих пор не произошло примирения с поляками. Кучма пытался достичь какого-то примирения, но после этого, когда была одна помаранчевая революция, потом другая, наоборот, все пошло по-другому. Мы же это не отрицаем, освещаем, как оно было на самом деле — почему же тогда мы в Крыму должны замалчивать и тем более искажать эти цифры и факты?

Критика переходит в абсурд

Не знаю, зачем это начал Бальбек, который ни с кем не встретился, не поговорил — правда, потом он передо мной все-таки извинился, но я ему сказал: а что же ты не позвонил, почему со мной не переговорил? А потом я читаю в соцсетях его резкие, я бы сказал, даже оскорбительные по отношению к авторскому коллективу заявления, что мы, там, «извращаем», говорим неправду, что эта цифра не имеет никакого отношения к правде, потому что коллаборантов якобы было тысяча-две, не больше…

Ну, естественно, тогда я вступил с ним в жесткую полемику, тоже в соцсетях — и у нас возникла заочная дуэль. Сергей Аксенов как глава республики не хотел эскалации такой полемики. Тем более, что и в Администрации Президента есть люди, которые тоже болезненно восприняли ситуацию…

— И что сделали с этим пособием? Его запретили?

— Аксенов не стал его запрещать — он просто высказал свою точку зрения о том, что не надо было трогать эту тему…

— А наше министерство образования поспешило впереди паровоза…

— Наталья Георгиевна Гончарова как умный министр не хотела подводить главу республики и взяла все на себя. Она сказала, что «я как министр несу персональную ответственность, и раз это дошло до такой жесткого конфликта, я должна принять решение об изъятии этой части учебного пособия из школ». Потом, когда эти страницы были изъяты, это вызвало недовольство многих учителей.

— Варварство какое-то…

— Согласен. Это вызывает у меня до сих пор чувство досады… У нас была дискуссия на этом совете, правда, без главы республики. Его вел Бальбек как депутат ГД, присутствовали другие крымские татары. Тогда у нас получилась жесткая дискуссия. Присутствовал весь авторский коллектив, каждый высказал свою позицию, все сказали, что мы несем полную ответственность за все; мы изложили оценки и выводы, от которых мы не отказываемся.

А потом был любопытный случай… Мы сейчас работаем над монографией, посвященной столетию Крымской АССР (я уже говорил, что эту тему тоже пытаются использовать в современных политических целях), собрали лучших крымских историков. Один из них как-то работал в библиотеке «Таврика», и в то время там были сотрудники архива ФСБ. Завязался разговор — они сказали, что «мы знаем о вашей дискуссии и можем только одно сказать, что у нас есть достоверные подтверждение вашей правоты относительно количества коллаборационистов из числа крымских татар».

Обращу ваше внимание, что в нашем пособии мы зафиксировали, что предательство было характерно не только для крымских татар, но и для отдельных русских, и для украинцев, хотя их было мало в Крыму. Вот немцев не было: их всех поголовно, около 60 тысяч, выслали из Крыма в августе 1941-го. А вот среди армян, болгар, греков такие случаи были…

— Но они были единичными?

— Да! Но, кстати, никто из названных национальных общин по поводу этих строк в пособии ничего публично не высказал. Хотя лично я от кое-кого и услышал: мол, «зачем, я, вот, болгарка, и мне не совсем приятно»… Дело не в «приятности» или обиде — правда пишется не для того, чтобы сводить сегодня счеты, не для того, чтобы кого-то обидеть. А для того, чтобы мы знали и делали правильные выводы, извлекали уроки, отсекали ложь — только и всего. Все наши материалы преследовали только такую цель.

Окно Овертона захлопнулось

— Эта история имела продолжение. Руслан Бальбек отправляет в Генпрокуратуру депутатский запрос проверить на предмет разжигания межнациональной розни автора статьи и интернет-издание «Накануне.ру», которое описало эту историю…

— Я могу только сожалеть, что Руслан Бальбек до сих пор пытается не признавать, что в нашем труде нет ни попыток разжечь вражду между народами, ни исказить правду. Это его упрямство мне, честно говоря, непонятно. Его это не красит: все-таки депутат ГД на мой взгляд, должен обладать гражданской зрелостью и пониманием, а не просто…

В Екатеринбурге нашлись люди, которые оценили наш труд, не нашли в нем никаких признаков экстремизма. И сегодня это подтверждено не просто экспертным мнением, а вердиктом суда. Хотя, надо признать, российское сообщество еще не поставило окончательную точку в описании советского прошлого.

— Меня, честно сказать, удивило, что Бальбек пожаловался не на коллектив авторов пособия, уж извините, а на человека, который тут пятое колесо в телеге — который описал этот «крымский казус». Просто любопытно, на что он надеялся: что генпрокурор накажет этого журналиста?

— Согласен. Возможно, с его стороны это была демонстрация своим соотечественникам, что он по-прежнему «защищает» их…

— Ах, да, скоро же выборы!

— Но ведь это иллюзии, это никакая не «защита интересов народа», такие действия с его стороны не прибавляют авторитета, политического в том числе.

К сожалению, эта история, на мой взгляд, до сих пор не получила логического завершения. Это изъятие из уже отпечатанных и разосланных по школам учебников части текста…

— Давайте назовем это тем, чем этот акт является: цензура!

— Ну, может, это резковато… Но все равно в большинстве крымского сообщества это действие получило осуждение, это я знаю точно. Мы на уровне Общественной палаты (А. Форманчук избран заместителем председателя ОП республики — Н.Г.) тоже пытались защищать свою точку зрения — выступили с инициативой, чтобы в школьных учебниках истории было больше достоверности и правды, в том числе по Крымской весне. Нас услышали в Министерстве просвещения РФ: были внесены определенные коррективы в учебники по всей России.

А что касается этого учебного пособия, то наша крымская история действительно уникальна, и конечно, ее нам надо знать более углубленно, чем по всей России. И мы, исходя из этого, сделали, на мой взгляд, такой труд, за который нам никогда не будет стыдно. Дискуссия на эту тему остается открытой, но мы свою точку зрения не меняем.

— Здесь напрашивается отсыл к «окнам Овертона» — потихоньку, тихой сапой, откусывая по маленьким кусочкам, заставить забыть те или иные исторические факты, которые и делают нас теми людьми, которыми мы являемся. Но реабилитация народа должна идти не такими методами! Народ должен решать — а у нас еще живы те, кто лично пострадал от рук коллаборантов. Люди знают, какой национальности было большинство предателей, переметнувшихся на сторону врага. Плохо то, что они невольно переносят это «знание» на весь народ, а не на конкретных людей, которые уничтожали людей в годы войны. И да, печально, что в этой истории замешан политик, депутат Госдумы…

— Нам нужно двигаться в сторону исторического примирения, несмотря на те непростые страницы крымской истории, которые нас когда-то разделили. А прийти к нему мы можем только через достоверность, правду, какой бы она не была неприятной и горькой для кого-то. Тема коллаборационизма была характерна практически для всех наций и народов, которые жили в Крыму. В России уже нашли понимание и примирение по многим спорным моментам истории, и здесь, в Крыму, мы должны к этому стремиться.

Никогда крымско-татарский народ не интегрируется в многонациональное крымское сообщество, если он будет пытаться себя обособлять от исторической правды и от нашей общей истории, от нашей исторической боли за некоторые ее страницы. Подчеркиваю, это наша общая боль. Мы должны понимать, что мы должны быть единым многонациональным крымским сообществом, а не тем, кто пытается делить на правильных и не правильных, коренных — и не коренных и пр. Вот и всё!..

Источник
Tags: Великая Отечественная война, Крым, крымские татары, мифоистория
Subscribe
promo skeptimist август 30, 2015 12:32 6
Buy for 20 tokens
С 2012 по 2015 годы мне удалось издать 14 книг по современной мифологии. Разумеется, книги писались в разное время в течение примерно 20 лет. Просто издать их удалось позже. Так роман "Седьмая печать" писался более 10 лет и был закончен в 2005 году. А монографии "Мазепа" и "Батуринская резня"…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 22 comments