мифоистория

Культурологическая функция мифа



Среди универсальных функций мифа особо стоит выделить культурологическую функцию. Рассмотрение её затрагивает ряд важных аспектов, с разных сторон исследующих взаимоотношение, взаимопроникновение и переплетение мифа и культуры, их неразрывное единство, где миф выступает феноменом культуры, ее двигателем, духовной и творческой основой, сложной развивающейся культурной системой, через которую общество само выстраивает необходимые ему идеи в рамках уже апробированных массовым сознанием моделей[1].

Первый из них заключается в том, что анализ данной функции позволяет подойти к мифу как «синкретической колыбели» всех культур (Е. М. Мелетинский)[2]. Но это, разумеется, еще не всё: выйдя из мифа, каждая культура, так или иначе, сохранила связь с ним, черпая из мифа формы, идеи, утопии, иллюзии, прозрения и пророчества. И чем прочнее эта связь, тем питательнее среда культуры, тем многообразнее её проявления, тем значительнее ее достижения и живительнее влияние на «душу» общества.

Так, реализуясь в мировоззренческой функции, культура выступает источником и формой мифологизации общественных процессов, культивируя и насаждая привычные в обществе духовные, этические и эстетические ценности и способствуя их социальной символизации. Благодаря этому общество усваивает те морально-этические и социальные принципы и приоритеты, которые вне данного социума будут не жизнеспособны и могут стать эстетическим видом насилия[3].

Особо стоит оговорить, что «мифология вообще не является какой-то отдельно существующей частью духовной жизни – ею пронизана вся культурная, художественная и идеологическая практика, включая области, казалось бы, вполне позитивно-рациональные (относящиеся к политике, экономике, медицине и др.), но все же опирающиеся на определенные ценностные ориентиры и метафоры обобщенных эмпирических наблюдений»[4]. Она рассматривается не сама по себе, но в её отношении к человеку и к культурной традиции[5], где миф выступает как Текст, включающий в себя весь объём господствующих в обществе традиций, а место мифа определяется тем, как он воплощается в морально-этических и религиозных системах, в культурной традиции и нормах поведения, в ритуале.

При этом миф реализуется на разных уровнях традиции – вплоть до стилистики входящих в него текстов. И потому можно утверждать, что мифы не только основа культуры[6]. Они – продукт культуры. Постоянно порождаемые ею и выступающие способом улавливания культурных кодов. Они высвобождают «энергию для тех многочисленных дел, что образуют из хаоса узор культуры»[7], находя, шлифуя и сортируя те «события-символы», на которых строится формирование культуры.

Конечно, формирование культурной традиции и культ нравственно-духовных ценностей, определяющих социальные ориентиры, осуществляют не только мифы. Но «гуманитарные науки, при всем их возрастающем могуществе, в принципе не способны исчерпать бездонность культуры»[8], предоставляя это мифу и лишний раз показывая, что культура по природе своей мифологична, то есть содержит мифологический компонент, присущий ей изначально. И там, где наука обнаруживает своё бессилие, мы неизбежно прибегаем к мифу, хотя не всегда и осознаем это[9].
В последние годы много пишут и говорят о большей рациональности культуры, считая это следствием научной революции и научно-технического прогресса. Хотя, скорее всего, современная культура не менее мистична и символична, чем раньше. Но её коды не проступают сейчас столь явно, читаясь скорее на подсознательном уровне, который готовит наши решения, определяя наше отношение к различным вещам и явлениям. Однако воздействие это для нас неосознанно. Вот почему можно считать, что мнение, будто мифологическое сознание вытесняется в рамках культуры, уступая место научному и художественному сознанию, этот процесс явно преувеличивает[10].

Наоборот, современная наука, в первую очередь – социолингвистика, семиология, психоанализ – заново открывают для нас миф и его зияющие бездны, представляя его своеобразным «подсознанием» культуры, её «тёмной» стороной, памятью, истоком, стержнем, живительной почвой[11].
Что касается художественной картины мира, быть может, более заметной в современном мире, чем мифологическая, то она включает миф как одну из самых значимых своих составляющих, вытесняя его внешне, но уступая ему изнутри. Особенно это заметно по творчеству наиболее значимых деятелей культуры последнего столетия (Т. Манн, Г. Гессе, М. Пруст, Дж. Джойс, Х. Борхес, Ф. Кафка, Ж.-П. Сартр, Г. Маркес, Х. Кортасар, М. Павич, П. Куэльо и др.). Научная картина мира официально миф исключает, но и она не может избежать той или иной степени мифологизации[12], заполняя различными мифами те «пустоты», которые неизбежны при создании цельной картины бесконечно разнообразного и бесконечно познаваемого мира[13].

Исходя из этого, можно утверждать: сфера функционирования мифа в культуре такова, что следует говорить о том, что миф пронизывает культуру, охватывая и используя все её сферы. Особенно – художественную культуру, массовую культуру, искусство, культуру повседневности и пр. Миф пронизывает культуру в большом и малом, все сферы духовной и интеллектуальной деятельности: науку, литературу, СМИ, социальные утопии, рекламу, моду, развлечение, досуг, быт, сферу общения, идеологию, пропаганду, массовую коммуникацию.

По сути, культура выступает не только как общее пространство мифа. Она является, и всегда являлась, той питательной средой, которая постоянно и непрерывно порождает огромное количество всевозможных мифов, одновременно и подпитывая их, и разоблачая. При этом не важно, какой аспект культуры мы рассматриваем - культуру как текст, дискурс или культуру как социум.

Миф вплетается в ткань культуры, становится частью её «памяти», матрицей, первообразом, основой, структурой, несущей в себе фрагменты и коды прошлого, настоящего и будущего[14]. Миф предлагает культуре арсенал сюжетов и мотивов, становится источником изобразительно-поэтических средств, которые черпаются в культуре и через неё самообновляются.

Он составляет «золотой песок» культуры, из которого создается всё, что делает её великой. Нити, тянущиеся от мифов к культуре, пронизывают её, но ведут не к сюжету, не к знаку, не к фразе или тексту, а к контексту культуры, в которую они вплетены и частью которой являются, выражаясь в знаках, символах, метафорах. Знаки сплетаются из множества культурных кодов, закрепляясь в тексте на уровне бессознательного, и обеспечивают богатство смыслов, из которого выделяются те, что сейчас подходят обществу, культуре, эпохе больше всего. Они и формируют тот общий для общества Текст, который будет «читать» и впитывать эпохи.

Этот Текст есть миф[15]. Он – не линейная цепочка слов, а многомерное пространство, в котором слышно многоголосье мыслей, образов, скрытых и явных цитат, отсылающих к тысячам культурных источников, прячущихся в прошлом, оживших, но до времени забытых. Смешение разных текстов, знаков, кодов, позволяющих выразить миф максимально ёмко. В целом и в частностях, где от частностей мифа зависит осмысленность целого[16].

При этом взаимодействие культуры и мифа далеко не односторонне, и не только миф воздействует на культуру. В свою очередь культура формирует, направляет, питает, оттачивает, лелеет миф. Обеспечивает его сюжетами и примерами, обновляет, дает жизнь. И источник её не оскудевает. В основе его лежат разнообразные семиологические структуры, определяющие непрерывность и заданность процессов интерпретации порождаемых культурой текстов. Вот почему, говоря о мифе, мы подразумеваем всю совокупность культуры как явления, её бесконечную и завораживающую игру. Свободную «игру» культурных кодов множества структур, погружённых в культуру и всплывающих на её поверхность, чтобы спустя некоторое время погрузиться в её глубины вновь. Игру, порождающую бесконечные комбинации отголосков всего, что видено, слышано, прочувствовано и пережито, что зовёт нас из прошлого, но устремлено в будущее; отголосков, опирающихся и отсылающих к различным кодовым областям культуры.

Из всего этого изобилия создается хаотичный порядок культуры, выстраивающей бурно и стихийно свой ассоциативно-образный ряд, через повторы и вариации, через непрерывное обновление и самоотождествление, через цветение смыслов и многоголосье прорастающих кодов, подобно пышному дикому саду. Миф – бесконечная «игра» самой культуры, имеющей свой ритм и дыхание, свои вдохи и выдохи, свои затмения и прозрения, свою тень и свой неиссякаемый свет.

Литература

[1] См.: Перевозкина Ю. М. Структурные трансформации психосемантических мифологических пространств личности: на примере славянской культуры: Дис. ... канд. психол. наук. - Новосибирск, 2009. - 222 c.
[2] Мелетинский Е. М. Миф и двадцатый век. – С. 419.
[3] См.: Пленков О. Ю. Мифы нации против мифов демократии: немецкая политическая традиция и нацизм / О. Ю. Пленков. – СПб: Изд-во РХГИ, 1997. – 576 с.
[4] Неклюдов С. Структура и функция мифа. – С. 36.
[5] Топорков А. Миф: традиция и психология восприятия / А. Топорков // Мифы и мифология в современной России / Под редакцией К. Аймермахера, Ф. Бомсдорфа,
Г. Бордюгова – М.: АИРО-ХХ, 2000. – С. 41.
[6] См.: Пашинина Д. П. Миф как основание и феномен культуры (миф-совокупность базисных бессознательных коллективных представлений) / Д. П. Пашинина // Мир психологии. - 2003. - №3 (35). - С. 57-62.
[7] Юнг К. Г., фон Франц М.-Л., Хендерсон Дж. Л., Якоби И., Яффе А. Человек и его символы / Под общей редакцией С. Н. Сиренко. – М.: Серебряные нити, 1998. – С. 126.
[8] Барт Р. Ук. соч. – С. 10.
[9] См.: Петров В. М. Мифы современной физики / В. М. Петров. – М.: Либроком, 2012. – 226 с.
[10] См.: Воеводина Л. Н. Миф в контексте культуры: Автореф. дис. ... канд. филос. наук / Моск. гос. ун-т культуры / Л. Н. Воеводина. - М., 1995. - 16 с.
[11] См.: Кирилюк А. С. Универсалии культуры и семиотика дискурса. Миф /
А. С. Кирилюк. - Одесса: Рось, 1996. - 141 с.
[12] См.: Ковалева Т. И. Мифотворчество как социальное явление / Т. И. Ковалева. - Курск, 1999. - 191 с.
[13] См.: Карлова О. А. Miphos sapiens - миф разумный. - М.: Академия поэзии, 2001. - 207 с.
[14] См.: Пашинина Д. П. Миф как основание и феномен культуры (миф-совокупность базисных бессознательных коллективных представлений) / Д. П. Пашинина // Мир психологии. - 2003. - №3 (35). - С. 57-62.
[15] См.: Осмонова Н. И. Культурные основания мифа как фактора национальной идентификации [Электронный ресурс] / Н. И. Осмонова. - Режим доступа: http://anthropology.ru/ru/texts/osmonova/commnat02_07.html
[16] См.: Баева Л. В., Хазов В. К. Мифотворчество как форма экзистенции / Л. В. Баева,
В. К. Хазов // Ученые записки. Материалы докладов итоговых научных конференций АГУ, 2006–2007 гг. – Астрахань: Издательский дом Астраханский университет, 2007. – С. 459–463.

Источник

Предыдущие статьи по универсальным функциям мифа:

Миф: исходные принципы систематизации источников http://skeptimist.livejournal.com/1260479.html
Исследование мифа: основные подходы и установки http://skeptimist.livejournal.com/1261213.html
Современные исследования мифа: основные направления, достижения и типичные заблуждения (начало)http://skeptimist.livejournal.com/1262695.html
Современные исследования мифа: основные направления, достижения и типичные заблуждения (окончание)http://skeptimist.livejournal.com/1263031.html
Мифологическое пространство: единство меняющихся множеств http://skeptimist.livejournal.com/1264866.html
Функции мифа: роль и основные принципы систематизации http://skeptimist.livejournal.com/1265784.html
Миф как универсалия культуры http://skeptimist.livejournal.com/1290349.html
Структура основных функций мифа http://skeptimist.livejournal.com/1295295.html
Универсальные функции мифа: общие подходы http://skeptimist.livejournal.com/1298656.html

Мировоззренческая функция мифа http://skeptimist.livejournal.com/1302095.html
promo skeptimist august 30, 2015 12:32 6
Buy for 20 tokens
С 2012 по 2015 годы мне удалось издать 14 книг по современной мифологии. Разумеется, книги писались в разное время в течение примерно 20 лет. Просто издать их удалось позже. Так роман "Седьмая печать" писался более 10 лет и был закончен в 2005 году. А монографии "Мазепа" и "Батуринская резня"…