современный миф

Мотивация, механизм и обоснование мифотворчества в эпоху постмодерна



Активизация взаимодействия цивилизаций и культур в условиях нарастающего глобального трансформационного кризиса выдвигает на первый план такие формы массового воздействия на социум и людей, которые используются СМИ в режиме т.н. гуманитарных технологий с целью смены и конструирования идентичности под тот или иной политический проект. И сделать это можно лишь с помощью перекодировки сознания [См.: 2].

Когда начинается процесс перекодировки сознания, особую роль играет грамотно оформленная и поданная мотивация. Понятно, что мотивация культурной перекодировки и цивилизационной перевербовки может строиться только в виде глобального искушения. Преступного соблазна получить если не достойное настоящее, то хотя бы великое прошлое, которое оформить как факт сознания значительно проще, чем каждодневными титаническими усилиями долгие годы и даже десятилетия создавать процветающую страну.

При этом современный опыт подсказывает, что нельзя ничего навязать народу, кроме того, что он сам хочет. Искушения срабатывают, когда их хотят и ничего им не могут противопоставить. Воплощение национальной мечты без ответных титанических усилий слишком большой соблазн. Его преодоление требует гражданской позиции и политической зрелости. И если их нет, обществу не удастся устоять.

Вместе с тем возможности государств в деле тотальних манипуляций недооценивать тоже не стоит. Тем более, если за ними стоит не просто национальная политика, но чьи-то глобальные интересы, а для обработки общественного сознания используются такие информационные технологии, которые в обычной жизни людьми не распознаются [См.: 3]. И тогда появляются труды по альтернативной истории в духе А. Фоменко и Г. Носовского, Н. Левашова, А. Бушкова, Ю. Каныгина, М. Галычанця, В. Бебика, М. Аджи, Д. Калюжного и С. Валянского, А. Асова, Ю. Петухова, В. Кандыбы, В. Ларионова, А. Зинухова, Г. Клейменова, Ю. Шилова и др.. В них заявляется о мировом или национальном заговоре историков против собственных народов с целью скрыть правду о великом прошлом их страны и предпринимаются попытки переписать историю с максимальной выгодой для себя.

В порядке обобщения следует отметить, что в подобных работах упор делается на то, что в данных текстах ранее казавшееся простым становится сложным, сложное – понятным. А поскольку сами читатели, как правило, фактическим материалом в такой степени, в какой нужно, чтобы грамотно оценить написанный текст, не владеют, общее впечатление от частностей может оказаться ошеломляющим.
Иначе говоря, в ней авторами ставка делается на отсутствие у читателя должной эрудиции. Да и стоит оговориться, что для объективной оценки описанного никакой эрудиции даже лучших специалистов не хватит, так как в данном случае она должна носить универсальный характер. А специфика используемого авторами подобных опусов метода придаёт ему такую «лёгкость» скольжения по теме в соединении несоединимого, что угнаться за ними в их «порхании» от одной проблемы к другой практически невозможно.

Но спрашивается, нужна ли такая бесконечная эрудиция, если речь идёт о технологии, которая поддаётся простому анализу и вскрывает общие механизмы и мотивации «исследователя», встраивая его труды в общую и вовсе не уникальную околонаучную традицию? Традицию, в основе которой лежит стремление возвеличить один этнос за счёт других путём приписывания всех достижений и заслуг тому народу, которому «исследовательский» труд посвящается.

Впрочем, это – мотивация общего социального порядка, свойственная представителям маленьких, слабых, несостоявшихся или обиженных народов. Но данную современную мотивацию к историческому мифотворчеству поддерживает ещё весьма характерное для эпохи постмодерна стремление таких авторов превзойти своих предшественников не ещё большим, помноженным на мастерство, эрудицию и отточенный талант трудом, а с помощью универсального в своей простоте приёма творческой компиляции, когда примитивное называется непостижимо сложным, а уродливое прекрасным. Когда убогое подаётся, как великое, а новизна ставится выше совершенства. Когда цель становится достижимой не за счёт великого и упорного созидательного труда, но по причине занижения требований к себе и читателю. Когда высокое и духовное приравнивается к обыденному, а ставка в творчестве делается на угождение причудам и желаниям толпы. Когда культура идёт по пути профанации, а последняя объявляется высшим достижением и главным смыслом культуры. Когда простота культуры становится хуже воровства и от него мало отличается, потому что главное теперь, не то, что ты сделал, но как его подал, не постижение истины, а её имитация, не трудный поиск высокого, а самовыражение любой ценой.

Благодаря постмодерну, быть Геростратом стало модно. В политике, искусстве, даже в творчестве, где упор делается на эпатаж, унижение, надругательство, низвержение того, что ранее было свято. На само отрицание человеческой нравственности и божественной Высоты. А это значит, что если в культуре такая тенденция сохранится достаточно долго, человечество не только потеряет ориентиры своего развития, но и наиболее ценное – те высокие смыслы, которые позволяли ему расти тысячелетия, созидая; расти, постигая и принимая божественное в сфере природного и человеческого.

Наверное, в данном случае вполне уместным будет сослаться на своеобразное «лирическое» отступление писателя О. Бузины в эссе «Преступление Михаила Грушевского», посвящённое «выдающимся бездарностям» и тем возможностям, которые перед ними открылись в новых условиях модерна и постмодерна, а применительно к истории – генезиса новых наций и необходимого для этого нациотворчества.
«Славы можно достичь разными способами, – пишет он по поводу «открытий» М. С. Грушевского. – Например, стать виртуозным художником и превзойти Рембранта в искусстве светотени. А можно объявить традиционную живопись отсталым искусством и собственноручно вознести на пьедестал себя и намалеванный в припадке наглости красный, черный или желтый квадрат.

В обычном театре свистеть по адресу бездарных актеров могла только публика. Но в «новаторском» почему бы не освистать зрителя самой труппе во главе с режиссером-вандалом, безнаказанно издевающимся над классической пьесой? Передовица в утренней газете обеспечена! Вне всякого сомнения войдет в историю композитор, первым догадавшийся разрушить гармонию, архитектор, взрывающий дома, вместо того, чтобы их строить, и юрист, доказывающий преимущества самосуда, — словом, любой нарушитель закона.

На излете XIX столетия именно такие субъекты определяют стиль нарождающейся эпохи. «Я так вижу», «Я так слышу», «Не мешайте мне самовыражаться» — отныне принципы больного времени. Слова отделяются от значений. Кривую линию можно объявить прямой…» [1. c. 303].
Всех их объединил грандиозный всплеск мифотворчества, подающего оскудение культуры как его высшее достижение. В основе его – преступление против традиции. Предательство своих предков. Отречение от высших ценностей, выработанных человечеством ценою усилий и жертв многих поколений людей. А значит, преступление и против человека вообще. Он отрицается как существо духовное. Как творец. Отрицается в своём праве развиваться и выживать через самосовершенствование.

Впрочем, и этот всплеск ниспровергающего традицию мифотворчества есть не более, чем очередное испытание человечества, заражающая постмодерном болезнь, которым оно должно переболеть ради своего дальнейшего развития. Развития, которое будет возможно лишь в случае новой волны позитивного мифотворчества.

Литература
1. Бузина О. Тайная история Украины-Руси. К.: Довіра, 2007. 319 с.
2. Ставицкий А. В. Украинская идентичность: общие подходы конструирования и мифологизации. Севастополь: Рибэст, 2013. 160 с.
3. Ставицкий А. В. Украинская «элита»: идентичность и глобальный выбор. Севастополь: Рибэст, 2013. 208 с.

Источник


promo skeptimist august 30, 2015 12:32 6
Buy for 20 tokens
С 2012 по 2015 годы мне удалось издать 14 книг по современной мифологии. Разумеется, книги писались в разное время в течение примерно 20 лет. Просто издать их удалось позже. Так роман "Седьмая печать" писался более 10 лет и был закончен в 2005 году. А монографии "Мазепа" и "Батуринская резня"…